Тамада: история слова, которое поменяло смысл

Что значит «тамада» в грузинском застолье

Грузинское застолье — супра — построено вокруг фигуры старшего. Он ведёт порядок тостов, задаёт темы, определяет, кому и когда говорить, и следит за тем, чтобы вечер держал линию. В грузинском языке есть и отдельное понятие для этого старшинства на пиру.

Устройство роли принципиально другое, чем у нас. Тамаду выбирают из присутствующих — обычно уважаемого человека, часто старшего, часто хозяина или того, кто хорошо говорит. Он не готовит программу, не приносит реквизит и не отвечает за развлечение.

Его инструмент — тост. Не короткий и не бытовой: у застолья есть последовательность обязательных тем, и задача тамады — провести стол через них, дав высказаться нужным людям в нужный момент.

Есть и разделение труда. За наполнением бокалов следит отдельный человек — мерикипе; он помощник, а не второй ведущий. Никакого микрофона, сцены и конкурсов эта конструкция не предполагает.

Откуда взялось само слово: версии

Здесь надёжного и окончательного ответа нет, и это тот случай, когда честнее показать варианты.

Основные версии происхождения

• Адыго-черкесская. Слово возводят к адыгским и кабардинским формам со значением «старший, глава, староста». Семантически это попадание в цель: роль ровно про старшинство.
• Персидская. Возводит слово к персидскому «зять, жених». Версия встречается в словарях, но по смыслу отстоит дальше: связь между «женихом» и «распорядителем пира» приходится достраивать.
• Внутригрузинская. Попытки объяснить слово из грузинского материала есть, но убедительной общепризнанной этимологии на этой линии не сложилось.

Что можно сказать без натяжки: в русский язык слово пришло из грузинского, а вот дальнейшая цепочка спорна. Наиболее правдоподобной выглядит кавказская линия — просто потому, что значение «старший, глава» переходит в «старший за столом» естественно, без дополнительных допущений.

Если вам встретится текст, где происхождение изложено как бесспорный факт, относитесь к нему осторожно: расхождение версий фиксируют и словари, и справочники.

Как слово попало в русский язык

Точной даты нет, но общая картина восстанавливается. Массовое знакомство русскоязычной публики с грузинским застольем — явление XX века, и у него несколько каналов сразу.

Первый — курорты и туризм. Черноморское побережье, санатории, поездки по Кавказу: миллионы людей за десятилетия увидели супру своими глазами и запомнили фигуру старшего за столом.

Второй — кухня. Кавказские рестораны в крупных городах воспроизводили формат застолья, и вместе с ним переехало слово.

Третий — кино и эстрада. Кавказское застолье было устойчивым сюжетом в советской комедии и на эстраде, и именно оттуда широкая аудитория усвоила образ громкого, речистого распорядителя с бокалом.

К позднесоветскому времени слово было понятно всем. А в девяностые, когда возник рынок частных праздников, оно оказалось единственным готовым названием для человека, который ведёт застолье, — и его взяли, не разбираясь.

Почему у нас оно значит другое

Смысл поменялся из-за одной подмены: в России тамадой стали называть наёмного работника.

Из этого следует всё остальное. Наёмный человек обязан отработать: значит, нужна программа. Программа требует конкурсов, реквизита, музыки, схемы. Никакого выборного старшинства тут нет — есть услуга.

Дальше слово начало обрастать оценкой. К концу нулевых «тамада» в городском обиходе стало означать не роль, а стиль: громко, много тостов, конкурсы с реквизитом, шутки узнаваемого типа. Именно поэтому многие сегодняшние специалисты просят называть себя ведущими — не из снобизма, а потому что слово стало обещать конкретный формат.

Забавно, что грузинская традиция от этого не изменилась вообще. Там тамада как был гостем, так и остался. Разошлись не традиции, а два значения одного слова, и в русском языке победило то, которого в оригинале не было. Практическую разницу между ролями сегодня я разбираю в материалах «Тамада — это кто» и «Ведущий или тамада».

Кого на русской свадьбе звали до тамады

Место, которое у нас занял тамада, не пустовало. Его столетиями держал дружка — представитель жениха, распорядитель обряда, человек с полотенцем через плечо и плетью в руке.

Разница между ними принципиальная. Дружка распоряжался обрядом: он вёл последовательность действий, а не настроение. Тамада в грузинском смысле ведёт разговор: его материал — слова и темы. Наш современный ведущий делает и то и другое, плюс отвечает за технику, о чём ни один из двух предшественников не подозревал.

Полезно помнить и о том, что советская обрядность вообще пыталась обойтись без распорядителя: комсомольская свадьба предполагала, что порядок обеспечит сама организация. Об этом — на странице о советских свадьбах.

Так что «тамада» на русской свадьбе — это не преемственность, а замещение. Старая роль умерла вместе с обрядом, а новое слово пришло со стороны и заняло освободившееся место.

Что стоит взять из грузинского застолья

Если отбросить споры о словах, в супре есть работающие вещи, которых нашему застолью не хватает.

Первое — последовательность тем. У грузинского стола есть внутренняя логика: тосты идут не случайно, а по нарастающей, от общего к личному. Наши застолья часто рассыпаются именно потому, что после четвёртого тоста непонятно, о чём говорить дальше.

Второе — право голоса. Тамада не говорит сам всё время, он раздаёт слово, и его настоящее умение — угадать, кому и когда. Это ровно то, чего не хватает многим микрофонным частям.

Третье — темп. В застолье, где тосты структурированы, паузы не пугают: гости знают, что дальше будет продолжение. У нас паузу принято немедленно затыкать музыкой или конкурсом.

И четвёртое, важное: у супры нет ставки на реквизит. Весь эффект держится на словах и на внимании к людям за столом. Это, пожалуй, лучший аргумент против представления, что без коробки с шариками вечер не состоится.

Взгляд ведущего: как я отношусь к слову

Я Руслан Барашкин, веду свадьбы, юбилеи и корпоративы в Москве и Петербурге больше десяти лет. Меня регулярно называют тамадой, и я на это не обижаюсь — слово в обиходе, спорить с обиходом бессмысленно. Но при первом разговоре с заказчиком я всё же уточняю, чего он ждёт, потому что за словом у людей стоят очень разные картинки. Для кого-то это «человек, который громко объявит», для кого-то — «тот, кто заставит всех играть», а для кого-то ровно наоборот, «только тосты и никаких конкурсов».

А из грузинского застолья я честно взял один приём и пользуюсь им постоянно. Раньше я спрашивал «кто хочет сказать?» и получал либо тишину, либо самого шумного. Теперь я заранее выясняю, кто в этой компании умеет говорить, и вызываю их поимённо и в продуманном порядке: сначала общее, потом близкие, потом самое личное. Микрофонная часть от этого выросла в качестве сильнее, чем от любого нового конкурса. Смешно, что этой технологии несколько сотен лет, а работает она как новая.